Нейроны и нейросети.
Мозг состоит приблизительно из 100 миллиардов крошечных нервных клеток, которые называются нейронами, У каждого из нейронов есть от 1000 до 10 000 синапсов, или мест, через которые он может установить связь с другими нейронами. Устанавливая связи между собой, нейроны образуют целые сети. Эти группы интегрированных, то есть связанных между собой нервных клеток называются нейронными сетями, или нейросетями. Несколько упрощая, можно сказать, что каждая нейросеть представляет собой мысль, воспоминание, навык, блок информации и т. д.
Однако эти нейросети не обособлены. Они все взаимосвязаны, и именно их взаимосвязи образуют сложные идеи, воспоминания, эмоции. Например нейросеть, хранящая понятие «яблоко», — это не один простенький комплекс нейронов. Это довольно крупная сеть, соединенная с другими сетями, хранящими такие понятия, как «красный», «фрукт», «круглый», «вкусный» и т. д. Эта нейросеть также соединена со многими другими сетями, поэтому, когда вы видите яблоко, зрительная область коры головного мозга (которая тоже подключена сюда) обращается к этой сети, чтобы дать вам образ яблока.
У каждого есть собственная коллекция переживаний и навыков, представленная в нейросетях его мозга. Говорит доктор Джо Диспенза: «В какой семье вы росли, сколько у вас было братьев и сестер, где вы учились, какую религию исповедовали ваши близкие, к какой культуре они принадлежали, где вы жили, любили вас и поощряли в детстве или били и обижали — все это сказалось на формировании нейросетей вашего мозга».
Далее доктор Диспенза говорит, что все эти факторы формируют на уровне нейронов ткань нашего восприятия и мироощущения и в ответ на стимулы из окружающего мира «включаются те или иные зоны нейросетей, вызывая определенные химические процессы в мозгу». Эти химические процессы, в свою очередь, влекут за собой соответствующие эмоциональные реакции, окрашивают восприятие, обусловливают отношение к людям и событиям нашей жизни.
Нервы, используемые вместе, соединяются.
Фундаментальное правило нейронауки: нервы, используемые вместе, соединяются. Стоит сделать что-то один раз, и разрозненная группа нейронов образует сеть, но если вы не повторите это действие, то не «протопчете тропинку» в мозгу. Когда вы совершаете действие снова и снова, связь между нервными клетками укрепляется и «включить» эту нейросеть становится все проще.
Если вы то и дело нажимаете кнопку, включающую ту или иную нейросеть, соответствующее поведение превращается в устойчивую привычку. Чем чаще используется сеть, тем прочнее она становится и тем проще получить к ней доступ, — так протаптывается тропинка в высокой траве. Этот процесс может быть полезным (мы называем это обучением), но он же может привести к приобретению нежелательной привычки, от которой трудно избавиться.
К счастью, возможен и обратный процесс: нервы, не используемые вместе, разъединяются. Устойчивые связи ослабляются. Всякий раз, когда мы прекращаем или предотвращаем действие или ментальный процесс, оформленный в нейросеть, соединенные между собой нервные клетки и группы клеток ослабляют свою связь. Далее, связи в нейросетях ослабевают, пока не исчезнут совсем. При этом происходит вот что: тончайшие дендриты, отходящие от каждого нейрона и связывающие его с другими нейронами, отсоединяются от одних нервных клеток и освобождаются для связи с другими. Таким образом, старые сети ослабевают, высвобождая потенциал для формирования новых.
Обучение
Существует две основных модели обучения мозга. Первая модель состоит в усвоении и запоминании фактов и интеллектуальных данных. Например, изучая историю, мы запоминаем имена и даты; читая Платона, мы составляем определенное представление о его концепции идеального государства. Каждое имя, каждая дата, каждый логический аргумент запечатлевается в нейросетях мозга. Чем чаще вы повторяете материал, тем глубже он отпечатывается в вашей памяти — поскольку нейросети становятся прочнее.
Вторая и более действенная модель обучения мозга — опыт. Вы можете прочесть самоучитель езды на велосипеде и проработать в уме информацию о том, как переключать передачи, когда едешь на холм или с холма; о том, как держать равновесие; о том, как должны быть отрегулированы тормоза, — и вы получите определенное представление о том, как ездить на велосипеде. Но вы не сможете полноценно интегрировать эту информацию, пока не сядете на велосипед и не научитесь ездить.
Независимо от того, какую модель вы используете, обучение состоит в установлении связей между нейросетями и формировании новых нейросетей. На примере с яблоком мы видели, что дело не ограничивается одной нейросетью, но «яблоко» связано с целым рядом других нейросетей: «круглый», «красный» и т. п. Фактически, обучение представляет собой построение новых структур на основании старых. Понаблюдайте за ребенком, и вы увидите, как формируются все эти базовые концепции —преимущественно из опыта.
Ассоциативная память
Поскольку возможных нейронных связей в мозгу больше, чем атомов во Вселенной, у мозга возникает проблема: как отыскивать воспоминания. И когда на человека бросается тигр из джунглей или к нему идет стервозная тетушка Рози, каким образом мозг вспоминает нужную реакцию так быстро? На помощь приходят эмоции.
Можно ли сказать, что эмоции — это хорошо или плохо? Нет. Эмоции существуют для того, чтобы, химически усиливать впечатления, превращая их в долгосрочные воспоминания. Вот для чего они нужны нам.— Джо Диспенза
Итак, эмоции, которые сами отчасти являются нейросетями, связаны со всеми остальными нейросетями. Эти связи помогают мозгу отыскивать в первую очередь самые важные воспоминания. И еще они гарантируют, что важный опыт —например, прикосновение рукой к раскаленной плите —не будет быстро забыт. Именно поэтому все помнят, где они были и что делали 11 сентября 2001 года, когда услышали об обрушении башен Всемирного торгового центра, или в день убийства Кеннеди.
Мы сказали, что эмоции отчасти представляют собой нейросети. Кроме этого, эмоциональные нейросети связаны с одним маленьким органом мозга — гипоталамусом. Гипоталамус использует белки и синтезирует из них нейропептиды, или нейрогормоны. А что делают гормоны, знают все —во всяком случае, те, кто прошел через период полового созревания. Они готовят организм к действию!
Если вам встретится тигр —голодный тигр, —гипоталамус выделяет в организм химические вещества, готовя тело к действию. Кровь отливает от мозга и центральных органов тела и устремляется к конечностям — чтобы вы могли «драться или бежать».
Эмоции быстро оценивают ситуацию —фактически, вы даже подумать ни о чем не успеваете —и посылают в организм химических посланников, чтобы те приказали телу драться или бежать, улыбаться или хмуриться.
А вот негативная сторона ассоциативной памяти: поскольку мы воспринимаем реальность и новый опыт через призму нейронной базы данных, сформированной в прошлом, нам бывает сложно видеть, что действительно происходит в настоящем. Вместо этого мы склонны просто обращаться к прошлому опыту. Это похоже на вечный «день сурка», где повторяется одно и то же, одно и то же, одно и то же — день за днем.
А кому захотелось бы, чтобы постоянно происходило одно и то же? Кому нравится реагировать на все ситуации, опираясь на прошлое?.. Этот интегрированный комплекс нейросетей и есть то, что мы называем «личностью». Как все клетки тела соединяются и взаимодействуют друг с другом, образуя функционирующий организм, так и нейросети соединяются и взаимодействуют друг с другом, образуя личность. Эмоции, воспоминания, представления и настроения закодированы в нейросетях и связаны между собой. В результате получается то, что называется эго, или сыном человеческим, или низшим «я», или человеком, или личностью.
Расщепленная личность представляет собой несколько интегрированных нейронных комплексов в одном мозгу, которые практически не связаны между собой. Поэтому, когда управление телом переходит к одной из этих личностей, она не помнит о «другой личности». Тот нейронный комплекс, в котором действует данная личность, не связан с воспоминаниями «другой личности».
Отсюда ясно, что хорошо структурированный мозг со стабильными внутренними связями ассоциируется с целостной неизменной личностью. Человек может изменить привычку (перейти с кофе на чай), но это не ведет к смене личности. Миллионы других сетей сохраняются, и вся система в целом по-прежнему остается «вами». Мозг создан, чтобы вести дух от воплощения до самого просветления, и поэтому он обладает определенной нейропластичностью.
Нейропластичность
Персонаж Билла Мюррея, главный герой фильма «День сурка», в конце концов изменяет свое поведение, что и позволяет ему выбраться из временной петли. Такая возможность есть у каждого из нас. Вполне можно разорвать устоявшиеся нейронные связи, покончить с привычками и обрести свободу. Ключ — в природной способности мозга устанавливать новые связи. «Нейропластичность» — это термин, обозначающий способность мозга создавать новые связи (иными словами, способность нейронов соединяться с другими нейронами).
Мозг любит неожиданности. Благодаря неожиданностям усиливаемся его нейропластичность. И несложно понять почему: представьте себе, что вы идете по джунглям, и вдруг из чащи выскакивает тетушка Рози в обтягивающем трико. Не ожидали, да? Ваш мозг должен сразу включиться на полную мощность, чтобы сообразить, что делать в такой ситуации. Необходимо мгновенно установить нейронные связи, отражающие все возможные решения, и выбрать одно из них. Необходимо обрабатывать информацию очень быстро —иначе не выживешь. Смех также увеличивает нейропластичность. А поскольку нейропластичность —главное условие обучения, смех способствует учебе.
Если раньше считалось, что с наступлением зрелости мозг уже достаточно жестко настроен для выполнения жизненных задач, последние исследования показывают, что мозг не только очень пластичен и податлив даже в старости, но в нем даже создаются новые клетки. Обьясняет доктор Дэниэл Монти:
Хорошая новость состоит в том, что у нас есть огромный потенциал изменения своих поведенческих моделей. Этот потенциал изменений в нашей нервной системе и психологии просто колоссален.
На самом деле, если вы выслушали и запомнили то, что я сказал, то ваша психология уже изменилась! Новая информация закодировалась в мозгу и ваша генетическая структура изменилась. И если прежде считалось, что нервная система — очень косная структура, мало способная к изменениям, то теперь мы знаем, что на многих уровнях это не так. Нервная система обладает очень большой пластичностью, что по существу означает способность меняться.
Считать, что наш рост прекращается с выходом из подросткового возраста, — это, с точки зрения Джона Хагелина, «варварский взгляд на потенциал человека»:
Ведическая традиция не просто говорит о Едином Поле, но очень точно его описывает и предлагает практические медитативные техники, позволяющие пережить и ощутить его. И такое переживание единства жизни приносит огромную практическую пользу. Я могу привести результаты сотен исследований, подтверждающие, что систематическая работа над упорядочиванием работы мозга исключительно благотворно сказывается на здоровье и душевном состоянии человека.
В моменты, когда мы ощущаем внутреннее единство, мозг работает согласованно («когерентно»), а такая работа мозга, в свою очередь, влечет за собой повышение уровня интеллекта (IQ), активизацию творческих способностей, рост академической успеваемости, усиливает способность к нравственным суждениям, психологическую стабильность, эмоциональную зрелость, обостряет реакцию и внимание. Все полезные функции мозга усиливаются, когда он работает упорядочение.
А упорядоченность работы мозга можно систематически развивать и поддерживать — причем в любом возрасте, а не только до шестнадцати лет, тогда как прежде считалось, что после этого возраста уровень интеллекта начинает неуклонно падать. «С этого возраста начинается деградация», — полагали прежде. Но это не так. Это варварский взгляд на потенциал человека. Мы задуманы, сконструированы и созданы таким образом, чтобы наш творческий и интеллектуальный потенциал развивался всю жизнь, —но для этого нужно получить доступ к врожденным ресурсам мозга, а инструментом холистического развития мозга является знакомство с холистической реальностью, медитативным состоянием, так называемый духовный опыт — опыт Единого Поля, которое служит источником мысли.
Лобная доля коры головного мозга и свобода выбора
Одно из важнейших различий между человеком и животными состоит в том, что лобная доля нашего мозга крупнее и занимает больший объем, чем остальные части. Лобная доля —это часть мозга, позволяющая нам концентрироваться и сосредоточивать внимание- Она играет главную роль в принятии решений и поддержании намерения. Она позволяет собирать информацию из внешнего мира и из кладовой памяти, обрабатывать ее и принимать решения (или делать выборы), отличающиеся от решений, которые мы принимали в прошлом.
Однако во многих случаях наш выбор отнюдь не свободен. В значительной мере наше поведение состоит из обусловленных воспитанием, заученных или автоматических реакций на внешние стимулы. Доктор Джо Диспенза приводит такой пример: «Если бы я преградил вам дорогу в темном переулке и стал угрожать ножом, ваш выбор, скорее всего, был бы ограничен нормальной психологической реакцией на страх: соответствующие механизмы вашего организма послали бы сигнал либо бежать, спасая свою жизнь, либо вступить в бой». Нечто подобное происходит и тогда, когда включаются другие нейросети, обеспечивая автоматические реакции: поприветствовать знакомого, зажечь сигарету или отправиться к холодильнику в минуту стресса. Эти привычные автоматические реакции вряд ли можно называть «решениями».
Вторая возможность принимать решения и делать выбор состоит в том, чтобы сознательно отделить себя от среды и ее стимулов, отстраниться от своего привычного или инстинктивного поведения и стать наблюдателем. Как говорит доктор Диспенза, заняв такую отстраненную спокойную позицию, мы можем «тщательно все обдумать, основываясь на своих знаниях... Лобная доля воспользуется информацией, которую мы почерпнули за свою жизнь из личного опыта и из теоретических источников, и скажет: мне понятна эта нейросеть и понятна эта нейросеть, но что будет, если я возьму и объединю обе эти концепции, создав новую модель, новый идеал, новый проект?»
Итак, мы вернулись к наблюдателю. Как отмечает доктор Вольф,
Это просто потрясающе, что наблюдатель вообще обладает силой воздействовать на мир. В определенном смысле наблюдатель не обладает силой. А в другом смысле его сипа колоссальна. Он теряет силу, когда наблюдение производится не в первый раз — когда оно повторяется снова и снова. Доходит до того, что мы уже не видим роли своего наблюдения, поскольку оно становится привычным. Это в чем-то сродни наркотическому привыканию: мы утрачиваем силу своего наблюдения. Когда же мы восстанавливаем силу наблюдения, то видим, что своим выбором можем изменять, ограничивать или трансформировать то, что видим во «внешнем мире».
В первом сценарии выбор за нас делают нейросети. В ответ на раздражение извне определенные структуры мозга включают автоматическую реакцию: непроизвольное моргание, когда что-то внезапно приближается к глазу, или коленный рефлекс, когда доктор бьет молоточком по колену. Во втором сценарии, как говорит доктор Диспенза, «сознание движется по мозгу, используя мозг для анализа его же возможностей». Вместо того чтобы позволять мозгу вести нас на автопилоте, мы активно используем мозг. Сознание берет на себя управление телом.
Сознание, наблюдатель, намерение и свобода воли
Помните последовательность процессов в квантовом мире? Мы решаем, какой вопрос поставить реальности (процесс 1), затем возникают возможные результаты (процесс 2), после чего наблюдение схлопывает их (процесс 3), реализуя один выбор. Джо Диспенза утверждает, что мы вполне способны схлопнуть выбор в пользу новой жизни: «Возможно, мы просто плохие наблюдатели. Возможно, мы просто не овладели искусством наблюдения, ведь, скорее всего, это — искусство. И, возможно, мы настолько пристрастились к внешнему миру — к стимулам внешнего мира и реакциям на них, — что наш мозг, поглощенный реакциями, совсем пренебрегает творчеством. Если бы у нас были соответствующие знания и понимание, а также соответствующее обучение, может быть, мы смогли бы увидеть и измерить отклик мира на наше наблюдение».
Как перевести это в действия, направленные на перемены и трансформацию? На основании опытов с электронными приборами для фиксации намерения (ЭПФН) доктор Тиллер пришел к выводу: «Если вы хотите добиться трансформации, исключительно важно сосредоточить свою мысль и намерение... сосредоточить свое намерение значит устремить сознание к единой цели». А реализация всего этого в мозгу происходит в лобной доле.
Мы обнаруживаем все новые инструменты изменения и трансформации...
И какие из них вы решите использовать, а какие так и оставите лежать в своем ящике для инструментов, зависит от ваших личных ОЩУЩЕНИИ.
Кажется логичным, что самая восприимчивая, сложная и тонкая физическая структура служит переходным звеном между «неосязаемым » миром духа и «осязаемым» материальным миром и отражает процессы, происходящие в обоих мирах. «Как наверху, так и внизу, как внутри, так и снаружи ».
